Схватка на границе

Кадр 1

Схватка на границе ХУДОЖНИК А. МАКАРОВ Производство студии „Диафильм“, 1957 г.

Кадр 2

События, о которых рассказывается в этом диафильме, произошли в Германии, когда там господствовал фашистский режим. Немецкая коммунистическая партия находилась в подполье. Преследуемые фашистами, многие коммунисты скрылись за границу и оттуда помогали партии в её нелегальной работе: переправляли листовки, газеты, оружие. Работа эта была связана с огромным риском. Гитлеровцы вылавливали смельчаков и уничтожали их. Но немецкие коммунисты продолжали своё дело. Внутри страны им помогали преданные люди.

Кадр 3

Моросил мелкий осенний дождь, когда Фриц Брюггеман вышел из своего дома и быстро зашагал по Клейстштрассе к дому 34.

Кадр 4

У мальчика было прекрасное настроение: до десяти часов, то есть до начала занятий в школе, он пробудет у своего лучшего друга пионера Альберта Клозе. Сколько интересных марок посмотрят они!

Кадр 5

Напротяжку, чтобы никто не услышал, насвистывая мелодию советской песни, он уже вбегал по лестнице на четвёртый этаж, когда увидела, что из запертой двери выпорхнула и упела на пол бумажка.

Кадр 6

Дорогой друг! Не звони, у нас гости! Вопросов не задавай. Отвечу, как только буду в деревне. Пони от Днепра отправлен. Будь готов. Альберт.

Кадр 7

„Что такое? Неужели Альберт шутит? Не может быть! “Что же произошло?” А произошло вот что:

Кадр 8

— Ну, выкладывайте, Клозе! Полное признание — вот что может вас спасти. Итак, когда и где группа Брюггемана будет переправлять через границу листовки?

Кадр 9

— Я ничего не знаю, хоть убейте меня. Вот уже три года, как я не видел Брюггемана и не могу знать, где он". — „А кто вам вчера в письме сообщил, что сегодня перейдёт границу и встретится с вами?" — „Брат".

Кадр 10

— Врёшь! Твой брат лежит: он тяжело болен. Будешь говорить, скотина? Или я тебя расстреляю, как собаку!

Кадр 11

Альберт и его мать, затаив дыхание, ловили каждое слово. Но вскоре отец замолчал. Слышны были только голоса полицейских. Один лишь раз отец громко застонал.

Кадр 12

Услышав этот стон, мать с силой рванула дверь: „Не убивайте моего мужа! Умоляю вас!..“

Кадр 13

Оставьте ему хоть жизнь! Я… я всё скажу… Брюггеман сегодня ночью перейдёт границу. Один только Тони Глейсберг из Вихендорфа знает, в каком месте".

Кадр 14

Альберт весь затрепетал. „Мама, мама! Выдала!“ От сострадания к отцу, от бессильной муки слёзы брызнули у него из глаз.

Кадр 15

Дето Альберт не мог собраться с мыслями. Вдруг его точно кипятком обдало. Ровно в девять Фриц Брюггеман будет здесь. Ведь он-то и есть сын того подпольщика-коммуниста, за которым охотится гестапо!

Кадр 16

Нет, нет, нельзя допустить, чтобы Фриц попал в их лапы! Фриц должен спасти своего отца и других товарищей. А он, Альберт, должен исправить то, что сделала его мать. Альберт быстро написал записку.

Кадр 17

на цыпочках подкрался к двери и как раз в тот момент, когда Фриц побегал по лестнице, опустил записку в щель для писем.

Кадр 18

Прочитав записку, Фриц принял решение: „Надо действовать!“ Он сунул бумажку в карман, оседлал перила и в одно мгновение съехал вниз.

Кадр 19

Что было сил Фриц пустился бежать по бесконечно длинной дороге. Мальчик знал: ему нумино два часа, чтобы добраться до Вихендорфа.

Кадр 20

Моросящий дождь уме превратился в сильный, бежать было трудно. Часто мальчику казалось, что вот-вот он выбьется из сил и упадёт.

Кадр 21

Но мысль о том, что Тони Глейсберг может быть схвачен, придавала ему энергию. Он швырнул свою сумку, стиснул зубы и побежал ещё быстрее.

Кадр 22

Вдруг Фриц услышал сзади гудок автомобиля. „Неужели это уже гестапо? Нет, это не их сигнал“. Фриц громко закричал: „Стоп! Стоп!“ Шофёр остановил машину и предложил мальчику сесть.

Кадр 23

Глейсберга Фриц застал дома. Ввалившись в комнату, мальчик начал прямо с вопроса: „Ты – Тони Глейсберг? Мне надо с тобой поговорить“.

Кадр 24

И добавил потише: „Я Фриц Брюггеман. У Клозе — гестапо. Вот записка“.

Кадр 25

— Чёрт возми, хорошего мало! Надо действовать быстро, а то мы все провалимся.

Кадр 26

Тони взял документы, немного денег, большой баварский нож — без него он никогда не выходил из дома — и вместе с мальчиком вышел на улицу.

Кадр 27

Когда они достигли ельничка, Тони обернулся и увидел: к его дому бешено мчался грузовик с гитлеровцами…

Кадр 28

Спустя два часа беглецы добрались до старой покинутой метеоломнии у подножия горы Блейберг, через вершину которой проходила граница. Наверху показались две подозрительные фигуры. — „Путь закрыт!“ — сказал Тони. — Там гитлеровцы“.

Кадр 29

Тони и Фриц залегли в яме, сверху навалили сучьев, сквозь которые видно было, что делается вокруг, и стали ждать темноты, чтобы под её защитой перейти границу.

Кадр 30

Фриц весь дрожал. Голова его горела, как в огне, мурашки пробегали по коже. — „Голову выше, малыш, — шептал Тони, — держись!“ Фриц стиснул зубы. Да, он должен спасти отца и остальных.

Кадр 31

В этот дождливый день темнота наступила быстро. Беглецы выбрались из ямы. Тони обвязал Фрица широким ремнём — и головоломный подъём начался.

Кадр 32

Мальчик карабкался неуверенно, но храбро. Изредка Тони предупреждал его: „Не смотри вниз, Фриц“. А когда им удавалось преодолеть особенно трудное место, хвалил: „Молодец, малыш! Вот мы и продвинулись вперёд“.

Кадр 33

Держась то за выступ скалы, то за кусты, то за обняжённые корни деревьев, они медленно карабкались вверх. Тони был удивительно ловок: ни один камешек не скатился вниз.

Кадр 34

Наконец они добрались до вершинки. От границы их отделяло каких-нибудь сто шагов. Они поползли к опасному рубежу на четвереньках.

Кадр 35

Вдруг усталый, измученный Фриц почувствовал, что Тони пригибает его к земле. — „Тише, — лихорадочно шепнул он. — Охрана!“

Кадр 36

По дороге шли два гестаповца с собакой. Тони вытащил нож и приготовился.

Кадр 37

Когда гестаповцы прошли, Тони и Фриц поползли дальше, к границе.

Кадр 38

Гитлеровская Германия осталась позади.— „Готово!“ — просто сказал Тони.— Теперь, Фриц, нам нужно расстаться.

Кадр 39

Твой отец может взобраться на Блейберг двумя путями. Самый опасный я беру на себя, а по другой дороге придётся пойти тебе. Вот возьми сучок. Ты будешь по дороге надламывать его так, чтобы он трещал. Медленно доситаешь до пяти — и ещё раз надломишь. Это наш сигнал. Через каждые двадцать шагов давай о себе знать. Если никто не ответит, беги к ручью. Там скамья. Посиди на ней, подожди".

Кадр 40

Фомику было очень страшно, но он решительно двинулся в путь. Через каждые двадцать шагов он останавливался и надламывал палочку, как велел ему Толя. Но ответа не было.

Кадр 41

Группа Брюггемана была уже недалеко от границы, когда послышался легкий треск переламываемого сучка.

Кадр 42

— Кто это может быть?—прошептал Брюггеман.—Сигнал знает только Тони. Но как он здесь очутился? Почему он перешёл границу? Надо дать о себе знать, ничего другого не придумаешь.

Кадр 43

Бриггеман дважды сильно переломил сухой сучок. Прошло несколько секунд. Затем раздался тихий ответный сигнал. Они стали красться вперёд.

Кадр 44

Ещё несколько минут — и Брюггеман, онемевший от испуга, удивления и радости, схватил в объятия сына.

Кадр 45

Выслушав несвязный рассказ Фрица, Брюггеман сказал: „Экачит, надо вернуться. Материалы пойдут завтра ночью по резервной линии…“

Кадр 46

Он не договорил: раздались крики, хриплый лай, беспорядочная стрельба. Потом всё смолкло. — „К скамье!“ — крикнул Брюггеман.

Кадр 47

Одновременно с ними до скамы добрался и Тони. Он был ранен, еле держался на ногах, но крепко сжимал в руке нож.—„Расправился с кем надо?“—спросил Брюггеман.—„Да“,—ответил Тони.

Кадр 48

Товарищи взяли Тони под руки, и вся группа тронулась в обратный путь. Долго они ещё слышали одиночные выстрелы, с грохотом катившиеся с вершины Блейберга в долину.

Кадр 49

Конец диафильма Сценарий диафильма составила Л. Гуревич Редактор Е. Кавтиашвили Художественный редактор А. Морозов Д-252-57 Студия „Диафильм“ Москва, Центр, Старосадский пер., д. № 7