Баранкин, будь человеком! Часть 1

Кадр 1

В. МЕДВЕДЕВ Баранкин, будя человеком!

Кадр 2

Если бы я и Костя Малинин не умудрились получить двойки по геометрии в самом начале учебного года, то, может быть, ничего такого невероятного и фантастического в нашей жизни не приключилось бы, но двойки мы получили, и поэтому на следующий день с нами случилось что-то невероятное, фантастическое и, можно сказать, сверхъестественное!..

Кадр 3

На перемене, сразу же после этого злополучного события, Зинка Фокина, староста нашего класса, подошла к нам и сказала: „Ой, Баранкин и Малинин! Ой, какой позор! На всю школу позор!“

Кадр 4

Как только прозвенел звонок с последнего урока, Эрка Кузякина, главный редактор стенгазеты, закричала: „Не расходиться! Не расходиться! Будет общее собрание!“ И добавила ехидным тоном: „Посвященное Баранкину и Малинину!“ В классе поднялся ужасный шум.

Кадр 5

— Ой, тише, ребята, — сказала Фокина, — замолчите! Пусть говорит Баранкин! — А что говорить, — сказал я. — Мы с Костей не виноваты, что Михаил Михалыч вызвал нас к доске первыми. Спросил бы сначала кого-нибудь из отличников, например, Мишку Яковлева, и все началось бы с пятерки…

Кадр 6

— Баранкин! — сказала Зинка Фокина. — Класс постановил, чтобы вы исправили двойки завтра! — Извините, пожалуйста, — возмутился я. — Завтра воскресенье! — Ничего, познанимаетесь утром с Яковлевым, а потом придете в школьный сад — будем сажать деревья!

Кадр 7

Признаюсь, мы с Костей были просто, как говорится, ошарашены. Мы продолжали сидеть и молчать. В это время сбоку ко мне подошла Зинка Фокина. — Юра, — сказала она. (Вот странно! Раньше она всегда называвала меня только по фамилии). — Юра… Ну, исправь двойку! Ну, будь человеком!

Кадр 8

— А если я устал… Устал быть человеком! Тогда что? — Как это устал? — спросила Фокина изумленным голосом. — А вот так! Устал, и всё! Устал быть человеком! — Ну, Баранкин! Знаешь, Баранкин! Все, Баранкин! — И вышла из класса.

Кадр 9

А я снова осталася сидеть за партой, молча сидеть и думать о том, как действительно я устал быть человеком… Уже устал… А впереди еще целая человеческая жизнь и такой тяжелый учебный год… А завтра еще такое тяжелое воскресенье!..

Кадр 10

И вот это воскресенье наступило! В будние дни учиться тоже небольшое удовольствие, но заниматься в выходной день, когда все отдыхают, — просто одно мучение. На дворе, как назло, замечательная погода. А мы сидим на лавочке и ждем Мишку Яковлева, чтобы начать с ним заниматься.

Кадр 11

Но Мишки все не было. Вместо него за калиткой прятался, то и дело высовываясь из-за дерева, Алик Новиков. Стараясь изо всех сил казаться веселым, я стал смотреть на деревья, даже не догадываясь о том, что до невероятных, фантастических и, можно сказать, сверхъестественных событий остается совсем немного времени.

Кадр 12

„Вот у кого, вероятно, каждый день воскресенье“, — подумал я, с завистью глядя на воробьев. И здесь мне пришла в голову та невероятная идея, которую я уже давно, тайно от всех, вынашивал в своей голове.

Кадр 13

— Да я не о носе, дуралей!.. А о том, что если по-настоящему захотеть, то можно из человека превратиться, к примеру, в воробыя. — Так что ж мы с тобой теряем время?—крикнул Малинин. —Давай скорее превращаться, пока Мишка Яковлев не пришел.

Кадр 14

—К превращению из человека в воробыя приготовились! Начали! Я зажмурил глаза, напрягся и, повторяя слова заклинания, начал изо всех сил мысленно, в своем воображении, превращаться в воробыя.

Кадр 15

Через некоторое время я заметил, что у меня в голове наконец-то вместо человеческих мыслей стали появляться и нечеловеческие. Вдруг совершенно неожиданно мне захотелось поклевать овса. „Уж не случилось ли со мной чего-нибудь такого“... Затаив дыхание, я чуть-чуть приоткрыл глаза...

Кадр 16

Это что же получается! Получается, что я все-таки превратился в воробья! Вот это открытие! Я повернулся в сторону Кости Малинина и замер с разинутым клювом… Мой друг Костя Малинин продолжал сидеть на лавочке, как самый обыкновенный человек…

Кадр 17

— Малинин! — закричал я на Костю. — В чем дело? Почему ты не превращаешься в воробья… Но вместо этих слов из моего рта вылетело обыкновенное воробьиное чириканье. — Баранкин! — сказал Малинин. — Это ты, Баранкин? Как же это у тебя получилось?

Кадр 18

В эту минуту на улице из-за угла показался на велосипеде Мишка Яковлев. Все пропало! Теперь Малинин уж ни за что не успеет превратиться. — Чил-чим-чим! Чер-чилиим! Чересчур! (Мишка на велосипеде едет! Сейчас он тебя учиться поведет!).

Кадр 19

Сам чирикаю и вижу, как Мишка уже к лавочке подъезжает, на которой сидит несчастный Костя Малинин, то есть не сидит, а должен был сидеть… Потому что Кости на скамейке уже не было. Вместо Кости на скамейке стоял на полусогнутых лапах воробей…

Кадр 20

— Костю-чок-чок-чок! Ну, как жизнь? — Замечательная! — чирикнул Малинин. — Сейчас наедимся и полетим! „Мы вольные птицы, пора, брат, пора! Туда, где за морем белеет гора!“ Одним словом, куда захотим, туда и полетим. Вот какая жизнь!

Кадр 21

Найти овес на нашем дворе оказалось делом нелегким. —Ты чего дерешься!—улышла я вдруг за спиной Костин голос.—Юрчик! Он у меня из хвоста перо выдернул!

Кадр 22

— Ты чего к маленьким пристаешь?— спросил я, подскакивая к здоровому воробыю. — Че-чего ты людям выходной день портишь? — На чу-чу-жой двор заявились да еще распоряжаются здесь! Что-то я вас здесь раньше никогда не замечал!

Кадр 23

— Кошка! — услышал я отчаянный голос Кости Малинина. Только я никак не мог понять, что было в этом ужасного. В незнакомой кошке я сразу же узнал любимую мамину кошку Муську. — Здорово, Муська! — чирикнул я обрадованно.

Кадр 24

Не успел я закончить фразу, как сзади на меня обрушилось что-то урчащее. Муська! Я рванулся изо всех сил в сторону и вверх.

Кадр 25

Я выглянул из-под крыла и увидела старого облезлого воробья. —Ты, птенчик желторотый, —сказал мне старый воробей, —ты что, вообще дурачок-чок-чок или только притворяешься?

Кадр 26

— А что вам от меня надо? — Ты не груби старшим. Чти взрослых! Чти-чти-чти! Не чуф-чуфырся! Стоило превращаться в воробья, чтобы выслушивать эту нотацию!

Кадр 27

С той минуты, как мы превратились с Костей в воробьев, прошло, наверное, полчаса, а наша воробиная жизнь все не налаживалась, и вообще все шло совсем не так, как я ожидала.

Кадр 28

Возле лавочки стоял Венька Смирнов и отвратительно щурился. В руках у него была рогатка с оптическим прицелом. Рогатку я узнал сразу. Никто лучше меня не делал таких дальнобойных рогаток. Венькину рогатку тоже смастерил я по его личной просьбе.

Кадр 29

Мы с Костей рванули с дерева... Мы пролетали один двор за другим. С высоты нашего птичьего полета оказалось, что в городе кошек было гораздо больше, чем я предполагал, когда был человеком. Мальчишек с рогатками тоже было много. Это открытие меня расстроило.

Кадр 30

— Вот вы где, бездельники! Я их послала за соломой, а они греются на солнце! Хороши сыночки! А теперь летим учиться витвит гнездо! — Как учичиться? — закричали мы с Костей в один голос.

Кадр 31

— Нам надо было сразу в бабочек превратиться, — сказал Костя Малинин. — Бабочки и гнезд не вьют, и кошки их не едят, и питаются они не овсом, а сладким нектаром. — Малинин, повторяй за мной! Не хочу быть воробьем! Хочу быть бабочкой! То есть мотыльком!

Кадр 32

— Костя, а как же ты называешься? — Сейчас вспомню. Все ясно! Я превратился в махона. А ты? Так… Крылья у тебя маленькие, желтенькие, с черными пятнышками. Понятно. Ты превратился… во вредителя. — Вот тебе раз! — возмутился я.

Кадр 33

В конце концов, какая разница, кто ты такой — безвредный махаон или вредный капустник? Это люди знают, кто из бабочек кто, а сами бабочки в бабочках все равно не разбираются. Мы с Малининным стали качаться в воздухе на каких-то невидимых качелях. Крылом махах! Словно пухухух! Во весь духухух!

Кадр 34

— Баранкин, прячься сейчас же! Воробей! Он тебя склюет! — услышал я за спиной Костин голос. — Кто это меня склюет? Баранкин перед воробями никогда…

Кадр 35

—Птицы только вверху опасны. А к земле чем ближче, тем безопаснее. В крайнем случае, увидишь воробя—маскируйся, — сказал Малинин. Но я уже не слушал, что он мне говорит, так мне хотелось есть. Я выбрал самый большой цветок и закружился над ним, выбирая место для посадки.

Кадр 36

— Ладно, Баранкин, не расстраивайся, — сказал Костя. — Угощу я тебя нектаром. Полетели в школьный сад! Мне вдруг захотелось пролететь мимо нашей школы, мимо родного класса, с которым у меня было связано столько замечательных воспоминаний!... Кто сказал „замечательных“? Кто сказал „мимо родного класса“? Неужели это сказал я, Баранкин? Что со мной происходит? Я, кажется, начинаю сходить с ума от голода.

Кадр 37

В саду кипела работа… Костя Сергеев нарочно перемазался весь землей и строил всякие рожи. И все смеялись. Все были довольны! И всем было хорошо! — Ну и пусть работают! — сказал Костя. — Они работают, а мы будем есть нектар.

Кадр 38

Однако долгожданного нектара в цветке не оказалось… Кто-то успел раньше меня забраться в него и слопать весь нектар. — Ладно, — сказал я, — только появись на свет, я тебе все лапы…

Кадр 39

— Ой, Зиночка! Бабочка! — закричала одна из юннаток нечеловеческим голосом. — Ой, девочки! Да ведь это же махаон! Сейчас мы его поймаем — и в морилку, потом в сушилку, потом в распрямилку… — Костя! Делай свечку! Свечку делай! — заорал я.

Кадр 40

КОНЕЦ 1 ЧАСТИ