Сказание о Даханаго

Кадр 1

Сказание о Даханаго Кабардинское народное предание Художники А.Винокуров и И.Шварцман

Кадр 2

Говорит сказанье нартов: „Кто красивей всех красавиц? Красотою славясь дивной, Всех красивей — Даханаго.“ Нету равной Даханаго. Светозарна дни и ночи. Ей сродни весною солнце И луна во тьме осенней“.

Кадр 3

Говорит сказанье нартов: „Кто отважней всех отважных? Витязей затмив отвагой, Всех отважней – Даханаго, Всадник доблестный в походе. Кто девицу в нём признает? Серебрится грудь кольчугой, Всадником скакун гордится.

Кадр 4

На море — непобедима, На земле — неукротима, Как стрела неотвратима В битве грозной Даханаго". Говорит сказанье нартов, Что деянья Даханаго — Обездоленным на благо, Что она — людское Счастье.

Кадр 5

Здесь, в стране могучих нартов, Выше туч её твердыня На вершине горной, льдистой, Над скалистой чёрной бездной. — Неприступны гор отроги, — Не найти дороги к Счастью. Нет в её обитель входа, Нет и выхода оттуда…

Кадр 6

Дни и ночи к Даханаго Жаднo витязи стремились: Каждый жаждал дивной власти, Счастьем завладеть пытаясь.

Кадр 7

Ясновидца, их алчность Разгадала Даханаго, Себялюбцев силу злую. И, когда пройдя преграды, Доходили до твердыни, — Их она копьём сражала И стрелой пронзала меткой.

Кадр 8

„Той вершины девяносто Девять витязей достигли: Все погибли на местоком Поединке с Даханаго…“

Кадр 9

...Так рассказывая, нарты Вирут огня сидели. К старцам тут пастух-табунщик нартский—Юный Япанес—подходит. „Пусть огонь ваш не угаснет“,—Он слова привета молвил, Старцам низко поклонился И спросил: „О чём беседа?“

Кадр 10

Умехаясь, нарт ответил: „Говорим о Даханаго, Кто красивей всех красавиц, Кто отважней всех на свете, Называем Недоступным Даханаго.“

Кадр 11

Звери сторожат тропу к ней, Охраняют великаны… Не хватает счётом до ста. Ты — сражённый — станешь сотым". Девяносто девять храбрых Витязей сразила дева.

Кадр 12

И сказал пастух в обиде: „Марты! Я узнаю правду: Разыщу я Счастье, если Счастья на земле обитель. Докажу свою отвагу; Если я в бою не сгину, – Покорю я Даханаго, Приведу её в долину“.

Кадр 13

Больше не сказал ни слова. Сборы в дальний путь недолги: Он берёт свой меч булатный, Лук с тугою тетивою. Стрелы острые в колчане, Серого коня седлает, И, надев на грудь кольчугу, Он пустился в путь-дорогу.

Кадр 14

...Бедет всадник, сна не зная, | Скакуна опережая, Сна не зная и покоя. | Мысль стремится к Даханаго, К той, что днём, как солнце, светит, Кто для всех бездольных — Счастье.

Кадр 15

Долы туманы застилают, Чёрные зияют бездны, С гор наперерез — потоки, За горами — лес высокий. Япанесу нет преграды: Скачет конь по горным склонам, Над горой взлетает птицей, Мчится в дебрях буреломом.

Кадр 16

К ночи он у горной речки На привал стал; из огнива Огоньку добыл, и пламя Над костром заполыхало.

Кадр 17

Вдруг из-за утёса вышел Ни разбойник, ни охотник, А старик в оленьей шкуре, Брови, словно сыч, нахмурив. Крикнул Япанец: „Прохожий, На земле ищу я Счастье. Как найти мне Даханаго? Где пути к ней? Дай совет мне“.

Кадр 18

Посмотрел старик зловеще, Погрозил рукой костлявой: „Я — хранитель Даханаго. Сторожу я дни и ночи К ней тропу-дорогу в крепость.“ Здесь — владенья Даханаго. Нет от стрел моих спасенья. Кто пришёл на эту землю, — Тот нашёл себе погибель“.

Кадр 19

На лету стрелу слепую Япанец поймал и тут же С лука своего направил В грудь коснутую. И рухнул Словно сухостой под бурей Злой старик в оленьей шкуре…

Кадр 20

Мертвеца во тьме покинув И на меч свой опираясь, Япанец пошёл лощиной, На вершину пробираясь. Путь чем дальше, тем труднее: Лес дремучий по ущелью, А в лесу дремучем — лютый Зверь рыскучий, гад ползучий;

Кадр 21

Окружала волчья стая, Змеи в зарослях шипели, Львы рычали, крались тигры, Каждый шаг подстерегая.

Кадр 22

Мало стрел у Япанеса. Стал к скале, обороняясь. Бьёт зверей, бросая глыбы, И мечом сечёт без счёта.

Кадр 23

„Мать-земля! Людское Счастье Я ищу. Дай сыну силу!" Лишь сказал — и ощутил он В жилах силу исполина.

Кадр 24

Меч — как молния во мраке. Всех зверей побил отважный И, на меч свой опираясь, Из лощины страшной вышел…

Кадр 25

Перед новым перевалом На ночлег остановился. Был ему подстилкой камень, Снег — пуховым покрывалом…

Кадр 26

Поутру, заиндевелый, Над горами встретил солнце И, с горы сойдя в долину, Подошёл к реке широкой, Брод нашёл он…

Кадр 27

Вдруг навстречу, Человечий запах чуя, Над горой дракон поднялся, Охранитель Даханаго. Япанец не взвидел света: Чешуёй-броней гремящий, Пасть над ним разинул ящер.

Кадр 28

„Мать-земля! Людское Счастье Я ищу. Дай сыну силу!“ | Лишь сказал — и ощутил он В жилах силу исполина.

Кадр 29

Мимом выхватил из комен Ном свой острый, двусторонний, Подскочил — и в пасть драконью Ном всадил... И, поражённый, Стих дракон с раскрытой пастью...

Кадр 30

Япанес, не медля, бродом Переправясь чрез стремнину, Поспешил к твердыне Счастья.

Кадр 31

К ночи он достиг вершины И прилёг на льдистый камень, До рассвета не смыкая Глаз над крутизною мглистой.

Кадр 32

…Вот зажгло зарёй полнеба. И сомгло ночную тучу. И вдали взвошло на кручу Раскрасневшееся солнце. | В тот же миг на горный гребень, Солнце в небе затмевая, На коне своём, сияя, Выехала Даханаго.

Кадр 33

„Вот оно — людское Счастье, Что давно, не внемля людям, Позабыло землю картов. Нет возврата мне без Счастья, Нет возврата!"…

Кадр 34

И увидела Японес: как белый облак, Конь летел к нему крылатый. Подлетел и стал бок о бок И сурово молвил речью Человечьей: „За тобою Прислан я от Даханаго. Скоро бой, — готовься к бою“.

Кадр 35

Япанец взглянул на солнце, подтянул коня подпругу — И, одет в броню-кольчугу, сел в седло, готовый к бою. А к нему уже навстречу гнал коня красавец-витязь.

Кадр 36

Вот, земли едва касаясь, Разом два луча блеснули, Два коня сошлись и сшиблись. С лязгом два меча сверкнули,– Гул раздался, и в долинах Отозвался поединок.

Кадр 37

То взлетали в поднебесье Бурей на конях крылатых, — | Гром гремел тогда в лазури От ударов их булатных, —

Кадр 38

То спускались вновь на землю, Расходились и сходились, В доблести друг другу, в силе, В ловкости не уступая.

Кадр 39

Снова в яростном разгоне Сшиблись кони, огрызаясь. Кони вздыбились и разом Наземь сбросили отважных.

Кадр 40

Навзничь пал красавец-витязь, С головы шишак свалился; Золотая, расплетаясь, Выпала коса густая…

Кадр 41

„Даханаго! Даханаго! — Нарт воскликнул изумлённый, — Я — пастух из рода мартов, я искал тебя повсюду. Даханаго, наше Счастье, Даханаго, всех надежда. Прекрати борьбу со мною: Не себе искал я Счастье, — Для людей искал я Счастье.

Кадр 42

Одинок, но поединок Не один я вёл с тобою: Все, кто страждут там, в долинах, Все незримо здесь со мною. Возвращу я людям Счастье. Ты в руках моих почувёшь Силу рук неодолимых, Мужество неисчислимых…

Кадр 43

И сияющие руки Протянула Даханаго: „Я ждала тебя, я знала: Ты прийдешь, Искательь Счастья. На земле, на небе — всюду Ты мне равен в силе, воин. Только тот достоин Счастья, Кто добудет Счастье людям“.

Кадр 44

Так сказала Даханаго. Солнце ярко засияло, — Скрылись тучи, — и запели Птицы над землёй цветущей.

Кадр 45

…Япанес и Даханаго Вместе едут.

Кадр 46

Старики и молодые В честь их поднимают чаши. На пути их многоводны Нивы тучны, плодородны Стали реки и озёра, И леса обильны дичью.

Кадр 47

Песнопенье не смолкало, Ликовало всё селенье… | С той поры не покидало Землю славных нартов Счастье.

Кадр 48

Конец Перевод с кабардинского С. Обрадовича Консультант С. Андреев-Кривич Редактор Е. Кавтиашвили Художественный редактор А. Морозов Производство студии „Диафильм“, 1957 г. Москва, Центр, Старосадский пер., д. № 7