Шпага д\'Артаньяна

Кадр 1

А.ПЕРФИЛЬЕВА щигла в’Артаньяна Рисунки Б. ВИНОКУРОВА Производство студии „Динафильм”, 1957 г.

Кадр 2

Однажды, когда Витя с Шуркой катались на лыжах, вдруг послышался отчаянный крик: „Назад! Пуделка, назад!..“

Кадр 3

Внизу по заснеженной реке мчалась за воронами собачонка, а за ней изо всех сил бежала девочка.

Кадр 4

Не удержавшись, собачонка бухнулась в полынью. Витя, не раздумывая, скатился с берега, лёг на лыжи и пополз к полынье.

Кадр 5

Через минуту он уже тащил мокрую, дромащую Пудельку. По дороге выяснилось, что она принадлежит художнику Гавриле Семёновичу Полову.

Кадр 6

Ребятам открыла дверь жена художника Марья Ивановна. Сбежались соседи, и все засуетились вокруг Пудельки.

Кадр 7

Потом сам Гаврила Семёнович повёл Витю в комнату и сказал: „Выбирай в награду любую книжку!" Витя очень любил книги с приключениями и взял „Трёх мушкетёров“.

Кадр 8

Так Витя познакомился с Поповыми и Милочкой, которая жила в той же квартире. Знакомство это скоро перешло в настоящую дружбу. Вите очень нравилось у Поповых: с ним обращались, как с равным, давали читать интересные книжки, рассказывавали обо всём на свете. В семье у него было не так. Отец редко бывал дома, мать думала только о том, сыты и здоровы ли Витя и его сестрёнка Танюша. Витя и сам дома вёл себя гораздо хуже, чем у Поповых. А у них он говорил „спасибо“ и „извините“ так часто, что даже соседи удивлялись. …И вот наступили зимние каникулы.

Кадр 9

Как-то раз Витя помогал Гавриле Семёновичу разбирать шкаф и вытащил из ящика старинную шляпу с обломанным концом.— „Вот это шпага! Ей лет сто или двести?"

Кадр 10

А что это здесь за надпись?" Гаврила Семёнович взял лупу. На рукоятке было написано по-французски: „Береги честь“. У Вити загорелись глаза.

Кадр 11

— А вдруг эта шпага самого д’Артаньяна?! — воскликнул Витя. И он стал умолять Гаврилу Семёновича сменять её на что угодно.

Кадр 12

— Хорошо, — подумав, сказал Гаврила Семёнович, — я подарю тебе её. Но сегодня мне принеси от отца записку, что он не возражает". — „Принесу! Честное пионерское, принесу!" — заверил Витя. — Или верну шпагу".

Кадр 13

Запрятав шпагу в штанину, в полном восторгe он помчался домой.

Кадр 14

Но как не поделиться радостью с другом! Витя завернул к Шурке. — „Видал, что у меня?" — спросил он, выхватывая из штанины шпагу.

Кадр 15

Шурка взял её и стал внимательно рассматривать. — „Устаревшая“, — произнёс он свой приговор.

Кадр 16

—„Сам ты устаревший! — возмутился Витя. — Да эта шпага… храбреца д’Артаньяна!“ —„Ещё придумаешь, что царя Додона!“ — съязвил Шурка. И слово за слово друзья поссорились.

Кадр 17

Дома, не застав родителей, Витя вырезал маску, нарядился в шаль, отцовские сапоги и вступил в бой с воображаемым противником. Танюшка с ужасом смотрела на него.

Кадр 18

После ужина Витя стал просить отца: „Папа,дай расписку, что мне можно держать дома шпагу. Гляди, какая! Из чистого серебра! Мне Гаврила Семёнович подарил“.

Кадр 19

— Тебе? Подарил? — не поверил отец. — Нет, я не дам тебе никакой расписки! Сейчас ме снеси, откуда взял!“ А мать прибавила: „Кто же такую страсть мальчишке дарить будет! Чтобы духу её здесь не было!“

Кадр 20

Витя был потрясён: „Не позволяете? Родному сыну не верите? А ещё родители называются! Ладно! Унесу назад, ладно!“

Кадр 21

Но расстаться со шпагой у Вити не хватило сил. И он спрятал её в своём тайнике за сараем.

Кадр 22

Не другой день Гаврила Семёнович, собираясь ехать за город рисовать, сказал жене: „Пожалуйста, сходи к Вите, узнай, почему он не сдержал слова. Это на него не похоже. Не случилось ли чего?“ Милочка услышала это и забеспокоилась.

Кадр 23

А Витя сидел дома мрачныйй. Мучила совесть: обманул и Гаврилу Семёновича, и родителей. „Что делать?” Вывела его из оцепенения Танюшка: „Вить, тебя одна девочка спрашивает!”

Кадр 24

— Витя, — сказала Милочка, — знаешь, Гаврила Семёнович за город в Сосновку уехал и велел Марье Ивановне к тебе…

Кадр 25

Но тут в передней раздался звонок и послышался голос самой Марьи Ивановны. Витя заметался, схватил Милочку за руку и спрятался за дверь.

Кадр 26

Мать провела гостью в комнату, и ребята слышали весь их разговор. Про Витин обман узнали теперь и мать, и Милочка.

Кадр 27

Но этого мало! Мать рассказала Марье Ивановне, что Витя дома вовсе не такой, каким бывает у Поповых: грубит, ленится, обижает сестрёнку.

Кадр 28

Позор! Позор! А Милочка его ещё героем считала! В отчаянии, сдёрнув с вешалки пальто, Витя бросился из дома.

Кадр 29

Милочка выбежала за ним, но Вити и след простыл. У ворот она столкнулась с Шуркой, который шёл мириться с другом.

Кадр 30

– Ах, Шурик, у Вити беда! Из-за этой… как её?.. шпаги! – И Милочка обо всём рассказала Шурке.

Кадр 31

— Ясно, — сказал Шурка, — Витька запутался со шпагой. Ещё натворит беды. Идём! Наверно, шпага у него в тайнике. Заберём её, а то ещё кто-нибудь стащит! И уговорим Витьку вернуть её Гавриле Семёновичу.

Кадр 32

А Витя в тяжёлом раздумье сидел у реки. Он вспомнил надпись на шляпе: „Береги честь“… А честное пионерское слово, которое он дал Гавриле Семёновичу, и не сдержал…

Кадр 33

Витя встал, вытер глаза, сдвинул брови и быстро зашагал.

Кадр 34

Скоро он уже был во дворе своего дома. Вот и тайник! Витя сунул руку, стал шарить… Шпаги на месте не было!

Кадр 35

Взглянув на свои окна, точно прощаясь с ними, Витя вышел из ворот и направился к остановке автобуса.

Кадр 36

Когда автобус тронулся, он сказал кондукторше: „Тётя, у меня нет денег, но я должен ехать!“ Лицо у него было такое, что она ответила: „Ладно, садись уж…“

Кадр 37

В Сосновке Витя сошёл с автобуса и углубился в лес. Шёл наугад, не различая дороги. Он знал, что Гаврила Семёнович всегда ночует в сторожке лесника. Но где сторожка?

Кадр 38

Проблуждав около двух часов, Витя разыскал дом лесника. На стук в окно вышел Гаврила Семёнович: „Витя? Ты?“ Пуделька с визгом бросилась к нему.

Кадр 39

И вот Витя сидит на топчане, протянув озябшие ноги к печке. Он уже рассказал Гавриле Семёновичу обо всём — и теперь ждёт.

Кадр 40

— Да-а…— проговорил Гаврила Семёнович.— Вот как у нас получилось… Но хорошо, что ты нашёл в себе мужество сознаться!

Кадр 41

А что шпага пропала-не беда. Она действительно устаревшая, как сказал Шура… Ты посиди пока, а я пойду на разъезд, позвоню домой, что ты здесь. Мама твоя, наверно, волнуется.

Кадр 42

Витя остался один. Обхватив Пудельку, он молча смотрел в огонь. На душе у него было гораздо легче.

Кадр 43

Утром Гаврилу Семёновича и Витю у автобуса встретили Шурка с Милочкой. Они искали Витю весь вечер и наконец узнали от Марьи Ивановны, что он в Сосновке. — „Вот твоя шпага!“ — торжественно заявил Шурка.

Кадр 44

— „Она не моя“, — твёрдо ответил Витя. Но Гаврила Семёнович сказал: „Она твоя. Бери её и помни обо всём. А те-перь беги скорее домой! Марья Ивановна за тебя родителям словечко замолвила“.

Кадр 45

Когда Витя, замирая от волнения, пришёл домой, отец встретил его словами: „Ну, вернулся? Ладно, не робей… Мы тоже неправы были…“

Кадр 46

Витя бросился к нему, потом к матери, примался к ней… А Танюшка радостно кричала: „Витя! Наш Витя приехал!..“

Кадр 47

Теперь шпага висит у Вити над кроватью. Если товарищи интересуются ею, он, как в музее, рассказывает: „Шпага эта, ребята, древнего рода. Не исключена возможность, что сам д’Артаньян сражался ею на дуэлях. Вы знаете, что это? Ну, драка такая была в старое время… В нашей жизни шпага никакого практического применения не имеет. Мне лично она дорога, как память…“

Кадр 48

КОНЕЦ Редактор Е. Кавтнашвили Художественный редактор А. Морозов Д-132-57 Студия „Диафильм“ Москва, Центр, Старосадский пер., д. № 7