Витек стал нормальным

Кадр 1

А. МОШКОВСКИЙ витек стал нормальный ХУДОЖНИК З. СМЕХОВ

Кадр 2

Я расскажу здесь одну историю из далёкого детства о мальчике нашего двора Витьке, а ещё о Лёвке, и о том, чем вся эта нехитрая, но грустная история кончилась.

Кадр 3

Однажды у меня вышшла вся плёнка для фотоаппарата, а из продажи она почему-то исчезла. И когда мы сидели во дворе на досках, я сказал об этом ребятам.

Кадр 4

Витек проворно вскочил с места и побежал к своему подъезду.

Кадр 5

„Что это вдруг?“ – подумал я. Витёк прибежал минут через пять и протянул мне кассету с новой плёнкой.

Кадр 6

— „Ты где взял её?— спросил я.— Стащил?“— „Нет, мне папа разрешил, у нас ещё одна осталась“.— Витёк был очень маленький, с большими доверчивыми глазами, и не умел врать.

Кадр 7

– „Спасибо… Появится в продаже – верну“. – „Не надо, – слегка даже обиделся Витёк, – это тебе так… Папа купит себе…“

Кадр 8

И тут в разговор встрял Лёвка, очень хитрый и очень нахальный мальчишка.—„Слушай, Витёк,—сказал он,—у тебя очень хороший папа… Правда?“—Витёк кивнул.—„Скажи, а он никого-да не бьёт маму?“—Я заметил, как Лёвка ехидно подмигнул.

Кадр 9

– Что ты!-воскликнул Витёк. – Разве это можно? Он только раз накричал на маму, и то из-за меня!". – „Неужели?" – разыгрывая величайшее удивление, воскликнул Лёвка. – И ты это слышал? Расскажи, будь человеком...“

Кадр 10

— Однажды я зажёг на подоконнике увеличительным стёклышком бумагу и не заметил, как загорелась занавеска.

Кадр 11

Мама почувствовала запах, прибежала из кухни и потушила огонь. Ну и стукнула меня хорошенько — ведь мог быть пожар!

Кадр 12

А здесь пришёл с работы папа, увидел, что я реву, и накричал на маму…

Кадр 13

—А как он кричал на неё? Обзывал как-нибудь?—спросил Лёвка и фыркнул.

Кадр 14

Только сейчас почувствовал Витёк подвох: „А тебе не всё равно?“ — И, обиженно двигая лопатками, ушёл от нас к своему подьезду.

Кадр 15

– Ну что ты прицепился к нему! – накинулся я на Лёвку. – Не успокоишься, пока не доведёшь человека до слёз?

Кадр 16

— А тебе что, жалко? Тебя-то не трогают. Может, я ум его хочу развить, за природу потрудиться. Уж больно ненормальный он". — „Над собой лучше трудись, банки тебе надо поставить от воспаления хитрости". — „А пусть ушами не хлопает, не грудной уже… Лечить таких надо".

Кадр 17

Но Витёк был неизлечим: одалживал на мороженое деньги и стеснялся просить долг, а однажды он при мне отдал свой завтрак Оське и, облизываясь, наблюдал, как бутерброд с ветчиной исчезает в прожорливом Оськином рту.

Кадр 18

Но главное в этой истории впереди. Однажды я шёл с реки и услышал шум. На высокой кривой липе кто-то громко хныкал – я глянул – Витёк! – а внизу хохотали ребята. И среди них, конечно, Лёвка.

Кадр 19

Он визжал и прыгал, высоко закидывая ноги, и рот его от восторга растягивался до ушей. Я сразу почувствовал недоброе.—„Что такое?“—спросил я у Лёвки.

Кадр 20

—„А ничего такого... Он белочку ловит, белочку!“—„Накую белочку?“— спросил я, ничего не понимая. И ребята рассказали мне.

Кадр 21

Полчаса назад Лёвка прибежал во двор и рассказал, что сейчас видел в сквере белку — она прыгает с дерева на дерево, управляя в полёте пушистым хвостом…

Кадр 22

„А поймать её можно?“ — тут же спросил Витёк. — „А почему ж нет? Запросто! Она к тому же сидит сейчас в дупле — спряталась, лезь и бери… Хоть себе, хоть в школьный живой уголок…“

Кадр 23

Глаза у Витька разгорелись: „А не врёшь?“ — „Да не сойти мне с этого места… Честное слово даю!“ — „А сам почему не хочешь поймать?“ — „Да я уже вырос, неловко лезть…“

Кадр 24

— „А я б полез“!, — признался Витёк. — „Ну так в чём же дело? Пойдём!“ — И ребята гурьбой повалили к скверу, а Витёк, преодолев страх, полез к дуплу. Никакой белки там, конечно, не оказалось.

Кадр 25

Слезать было трудней, чем взбираться. Витёк испугался высоты и, беспомощно оглядываясь, стал реветь.

Кадр 26

– Товарищи! Граждане! – вопил Лёвка на весь сквер. – Полюбуйтесь на отважного охотника! Он был у цели, да зверь сбежал! Сейчас его папочку приведу! „Скорую помощь“ вызову! Пожарников с лестницей! Один момент! – Это был его коронный номер.

Кадр 27

Наконец Витёк набрался храбрости и стал потихоньку сползать вниз.

Кадр 28

Слез, сунул ноги в ботинки. — „Ты обманщик, — бросил он в лицо Лёвке, — а ещё клялся… Я больше не верю тебе!“

Кадр 29

—„Напрасно ты так“,—сказал я Лёвке по дороге к дому.—„Дурака пожалел?“—„Он не дурак, он просто добрый и ещё наивный“.—„Ну, а если не дурак —со временем исправится и станет нормальным человеком“.

Кадр 30

Ни в этот день, ни на следующий Витёк не выходил из дому. Мне было грустно без него, и я без дела слонялся по двору.

Кадр 31

На третий день Витек вышел. Я очень обрадовался и, когда Витек подошёл с перочинным ножичком к куче песка, сказал ему: „Дай ножичек, надо „чижика“ подстругать“. – „Свой принеси“; – отрезал Витек и даже не посмотрел на меня. А ведь я, кажется, ни разу не обидел его.

Кадр 32

Он присел у кучи песка и один стал играть в ножички. Лицо его потеряло живость, и даже глаза вроде стали поменьше. Я вздохнул и вдруг впервые по-настоящему разозлился на Лёвку.

Кадр 33

Через месяц я забыл эту историю и однажды в солнцепёк на берегу попросил у него глоток холодной воды из термоса.

Кадр 34

Витек посмотрел на меня исподлобья, передвинул поближе к себе термос и буркнул: „А я что буду пить? У меня уже мало осталось“.—И не дал.

Кадр 35

Я отошёл от Витька, присел на валун, и мне стало очень горько. Я больше никогда ничего не просил у него. Что просить? Ведь он наконец стал „нормальным“ человеком.

Кадр 36

Редактор Н. Мартынова Художественный редактор А. Морозов Студия „Диафильм“, 1968 г. Москва, Центр, Старосадский пер., д. № 7 Д-349-68 Цветной 0-30 Сканировал К.Бокарев