Там, вдали за рекой

Кадр 1

ЮРИЙ КОРНЕЕЦ ТАМ. ВДАЛИ ЗА РЕКОЙ ХУДОЖНИК Г.СОЯШНИКОВ

Кадр 2

Когда я был маленьким, я очень дружил со своим дядей. Мой дядя прошёл огонь, воду и медные трубы! Он воевал за Советскую власть. Строил новые заводы. Дядя вечно ездил в командировки и всегда привозил что-нибудь неожиданное.

Кадр 3

Он был великим рассказчиком. И весёлым выдумщиком. Я души в нём не чаял…

Кадр 4

Но один раз мы с дядей поссорились. В тот раз он приехал откуда-то поздно вечером. За окном бушевала вьюга. Мы сидели при зажжённых свечах, и дядя начал рассказывать…

Кадр 5

– Я подходил к Северному полюсу. Вокруг была кромешная тьма. Двадцать собак тащили упряжку. Я решил закурить, но увы! – трубки не было. Счевидно, я выронил её по дороге…

Кадр 6

–„Я пополз по своим следам. Метрах в двухстах от меня сидел Полярный человек и курил мою трубку. Он рисовал на льду!“ – „Чем он рисовал?“ – спросил я. – „Бивнем мамонта!“

Кадр 7

— „Здравствуйте!“ — сказал Полярный человек. — Вы из Москвы?“ — „Да, я из Москвы“. — „Клянусь, я рад вас видеть!“ — Мы кинулись друг другу в обьятия и крепко расцеловались.

Кадр 8

—Я гостил у него несколько дней. Вот что он подарил мне на прощанье… —Дядя встал и принёс с балкона — что бы вы думали?—кусок льда! —Это Северное сияние,—сказал он.—Оно нарисовано совершенно точно.

Кадр 9

„Всё это прекрасно,— сказала мама,— но Мише пора спать“. — „Я не хочу спать! Хочу бивень!“ — „Считай, что он у тебя под подушкой,— сказал дядя. — А теперь — спать“.

Кадр 10

Все вышли. Я лежал в кровати и думал о Полярном человеке. И о бивне. Наконец я уснул.

Кадр 11

Вдруг я увидела дядю. – „Надо пройти огонь, воду и медные трубы“, – прошептал он. – „Зачем?“ – „Чтоб был бивень!“ – Я оделся, и мы вышли на балкон.

Кадр 12

–Вперёд, мой мальчик! – крикнул дядя и потащил меня за руку. Я понял, что мы идём сквозь огонь. Это был какой-то странный огонь – весь белый.

Кадр 13

–Зажми нос и прыгай!–приказал дядя. Я прыгнул, очутился в воде и камнем пошёл ко дну. На дне лежала труба.–Ты видишь – она медная,–сказал дядя. Мы полезли в неё.

Кадр 14

Некоторое время я пробирался по трубе. Впереди мерещился слабый свет.— „Дя-дя-а!" — заорал я.

Кадр 15

В ответ раздалось такое эхо, что труба лопнула, и я кубарем вылетел из неё. Я летел высоко над облаками. Дядя летёл рядом и улыбался: "Ты видишь полюс?"

Кадр 16

В самой середине Северного полюса — там, где сходятся меридианы, — я увидел снежный домик. Рядом стоял Полярный человек.

Кадр 17

– Здравствуйте, – сказал он, когда мы спустились. – Молодца, что прилетели!

Кадр 18

Сначала мы пили в комнате чай, а потом Полярный человек познакомил меня с моржами, и мы немножко поиграли.

Кадр 19

Потом мне вручили бивень. Возвращались мы той же дорогой. Я сказал дяде спокойной ночи, кое-как разделся, сунул под подушку бивень и уснул как убитый.

Кадр 20

I проснулся я поздно. Было воскресенье. Я сразу сунул руку под подушку.—„Где мой бивень?“—крикнул я.—„Накой бивень?“—спросил дядя.—„Ноторый я положил под подушку.“—„Я ничего не знаю…“—удивился дядя.

Кадр 21

— „Неправда!“ — закричал я. — „Отдайте мой бивень!“ — Я упал на кровать, захлёбываясь от рыданий. — „Он болен!“ — сказала ма­ма. — „Ничего он не болен. Просто ему приснилось. Одевайся, пойдём в цирк“,— сказал дядя.

Кадр 22

—„Не подлизывайся. Ты жалкий обманщик!“ — крикнул я.—„Ну, знаешь…“ — обиделся дядя.

Кадр 23

Все вышли из комнаты. Пусть я умру, думал я. Тогда они узнают! Они будут стоять, содрогаясь от рыданий, и протягивать мне огромный прекрасный бивень, но будет уже поздно. Я буду спокойно улыбаться.

Кадр 24

Несколько дней я одиноко бродил во дворе. Ничего меня не радовало. Я понимал, что обидел дядю, что должен попросить прощения, но не мог подойти первым. Не простившись со мной, дядя опять уехал в экспедицию.

Кадр 25

Один раз я шёл из школы в хорошем настроении. Во-первых, приближалось Первое мая. Во-вторых, должен был приехать дядя, и я надеялся с ним помириться.

Кадр 26

Когда я вошёл во двор, меня сразу увидели ребята.—"Иди сюда! Здесь дохлая крыса!"—позвал Витька.—"Я спешу к дяде",—ответил я.—"Дядечкин хвостин!"—заорал Витька.—"А ты дохлая крыса!"

Кадр 27

Вдруг меня что-то ударило в спину. Я обернулся: передо мной стоял Витька. — „Воображала! Иди к дядечке! Пусть он тебе что-нибудь наврёт. Про полюс. Или ещё про что-нибудь!“

Кадр 28

Я стукнул Витьку портфелем—за дядю. А он ударил меня кулаком в лицо. У меня сразу пошла кровь из носа. Витька увидал кровь и побежал.—„Ура!“—закричал я ему вслед. И заплакал.

Кадр 29

Войдя в квартиру, я так и прирос к месту: я услышал за дверью дядин голос. Я знал, что сейчас к нему подойду, но мне было стыдно.

Кадр 30

Из комнаты вышла мама и взяла меня за руку: „Пойдём!“ — Когда мы вошли, я увидела дядю. Но мама подвела меня к кровати и подняла подушку... Под подушкой лежало два бивня!

Кадр 31

Я кинулся к дяде и стал его целовать. А из головы не выходила драка с Витькой.—„У тебя бывали в жизни неприятности?“—спросил я.—„Давай лучше говорить о приятностях“,—сказал дядя.—„Ну дядя же! Я серьёзно!“

Кадр 32

– Был однажды случай, – начал дядя. – В тринадцатом году. Я шёл на явку и плохо замёл след. За мной увязался шпик. Ну и рожа, скажу я тебе! Я его сразу заметил.

Кадр 33

Царское правительство выслеживало нас и сажало в тюрьму. Я должен был попасть на явку незаметно. Там собирались большевики-подпольщики. Я прошёл один квартал, другой, шмыгнул в подворотню — шпик шёл за мной!

Кадр 34

Тогда я схитрил – вскочил на ходу в коню… Шпик прыгнул, но упал в лужу… – „Молодец, дядя!“ – крикнул я. – „Ворона!“ – сказал дядя.

Кадр 35

— „Где ворона?“ — я посмотрел в окно. — „Я ворона!“ — крикнул дядя. — Подходя к дому, где помещалась явка, я опять увидела шпика! Надо было предупредить товарищей".

Кадр 36

Я заорал прямо перед окном: „Держи вора! Держи вора!"—В окно выглянули товарищи… Тогда я кинулся прямо на шпика, сбил его с ног и помчался по улице. Шпик тоже орал: „Держи! Держи!"

Кадр 37

Меня поймали и посадили в тюрьму. Но зато я спас товарищей.— „Тебя пытали?“ — спросил я.— „Нет… Просто били“.— „А ты?“ — „А я молчал“.

Кадр 38

—„Наль, что я маленький и не был тогда с тобой. Я бы тебе помог!“ — „Это очень хорошо, что ты маленький!“ —сказал дядя.—Зато ты моя смена! Ведь борьба никогда не кончается“.

Кадр 39

На другой день я принёс бивню в школу. И Витька был уничтожен. Он молчал. Зато я говорил. Про Северный полюс. И про шпика. И про дядю. Что он у меня старый большевик. И что мы—его смена.

Кадр 40

Потом я перешёл в пятый класс, и мы уехали на дачу. Дядя подарил мне мелкокалиберную винтовку, и я ходил на охоту. А сам дядя остался в Москве—у него было много работы.

Кадр 41

Я очень хорошо запомнил это лето. Тогда все говорили об Испании. Там подняли голову фашисты и началась гражданская война. Это было в 1936 году.

Кадр 42

Дядя прислал мне испанский плакат. Я любил на него смотреть. Ведь у нас тоже была гражданская война. В ней участвовал дядя. И папа. И мама. Мы всех белых давно разбили и установили у себя Советскую власть.

Кадр 43

Попасть бы мне в Испанию, думал я. Я бы убил много фашистов. Целую кучу! Вот бы обрадовался дядя.

Кадр 44

Однажды я пришёл домой после охоты и увидел в саду дядю. — „Познакомься, — сказал он. — Мои друзья, старые большевики. Они приехали меня провожать“. — „Куда?“ — обомлел я.

Кадр 45

Дядя повел меня в дальний угол сада: „Я уезжаю в Испанию.“—„Драться с фашистами?!“—„Драться с фашистами.“—„Я тоже хочу в Испанию!“—крикнул я.—„Тебе нужно учиться,—сказал дядя.—Математике. И стрелять“!

Кадр 46

И вдруг дядя запел, как будто не пел, а просто так говорил: „Там, вдали за рекой, зажигались огни, в небе ясном заря догорала, сотня конных бойцов из будённовских войск на разведку в поля поскакала…“ — Я тоже стал подпевать дяде.

Кадр 47

…Они ехали долго в ночной тишине По широкой украинской степи. Вдруг вдали у реки засверкали штыки – Это белогвардейские цепи.

Кадр 48

И без страха отряд поскакал на врага, Завязалась жестокая битва.

Кадр 49

И боец молодой вдруг поник головой – Комсомольское сердце пробито. Он упал возле ног вороного коня И закрыл свои карие очи: „Ты, конёк вороной, передай, дорогой, Что я честно погиб за рабочих…“

Кадр 50

Я вспомнил, как всегда волновался, когда был маленьким: сумеет ли конь передать? А дядя мне объяснял, что конь непременно передаст, потому что это не простой конь, а учёный.

Кадр 51

Но молодой боец вовсе не был тогда убит, он был просто ранен. И теперь, когда он стал старым и мудрым, он снова отправляется в бой… И плакать нельзя, потому что я пионер.

Кадр 52

С тех пор прошло много лет. Дяди давно уже нет. Но я всегда помню его слова о том, что борьба никогда не кончается. И что мы все — его смена.

Кадр 53

Редактор Л. Белая Художественный редактор Л. Усатик Студия „Диафильм“, 1967 г. Москва, Центр, Старосадский пер., д. 1 Д-235-67 Черно-белый 0-20. Цветной 0-30