По щучьему велению

Кадр 1

По щучьему велению

Кадр 2

В одной деревне жили-были братья: двое умных, а третий Емеля-дурачок.

Кадр 3

Собрались как-то старшие братья в город, на ярмарку. «Ты, Емеля, не ленись,— говорят они ему,—на печке не залёживайся, наших жён во всём слушайся. Мы тебе за это подарки привезём».— «Ладно,— отвечает Емеля,—буду слушаться».

Кадр 4

Немного погодя говорят Емеле невестки: «Сходи-ка, Емелюшка, по воду—у нас воды нет».—«Нехота мне!»—отвечает им Емеля. «Как так неохота? А кто обещал нас слушаться?»

Кадр 5

«Ну ладно!» — согласился Емеля. Слез с печи, обулся, накинул зипунишко, засунул за пояс топор, взял вёдра да коромысло и пошёл.

Кадр 6

Спустился он с горки, стал лёд вокруг проруби обкапывать. Глядь—всплыла большая щука. Изловчился Емеля, схватил щуку за хвост и вытащил из пруда.

Кадр 7

«Не губи меня, Емелюшка,—говорит ему щука человеческим голосом.—Отпусти меня в речку. Я сделаю так, что всё по-твоему слову будет исполняться. Только скажи: «По щучьему веленью, по моему хотенью»».

Кадр 8

Бросил Емеля щуку в прорубь и говорит: «По щучьему веленью, по моему хотенью, зачерпнитесь, вёдра, да ступайте в избу сами!» Только успел вымолвить—вёдра сами зачерпнулись и зашагали в горку. А Емеля за ними шагает да посмеивается.

Кадр 9

Увидели это соседи—диву дались, из дворов, из домов повыбежали.

Кадр 10

Поравнялись вёдра с избой, по ступенькам на крыльцо взшли—ни капли не расплескали, сами на лавочку стали.

Кадр 11

А Емеля на печку взборялся. «Печка-то остыла, не греет!» — говорит он невёсткам. «Оттого и не греет, что не топлена. Съезди-ка в лес, наруби дров, тогда и печку вытопим».

Кадр 12

Слез Емеля с печки, оделся и пошел во двор. Вытащил сани, бросил в них топор, пилу, верёвку и сам в них уселся: «По щучьему веленью, по моему хотенью, бегите, сани, в лес сами». Сани и поехали, только оглобли по сторонам мотаются — забыл Емеля их подвязать.

Кадр 13

В одном селе в ту пору людно было — праздник справляли. Бегут люди за санями, охота им поглядеть, как это сани без лошади едут. А оглобли народ во все стороны расшвыривают.

Кадр 14

Прибежали сани в лес, остановились. Емеля и говорит: «По щучьему веленью, по моему хотенью, ты, пила, деревья пили, ты, топор, дрова руби, а вы, дрова, сами под топор становитесь, сами на сани укладывайтесь да верёвками обвязывайтесь!»

Кадр 15

Так всё по его слову и сталось. Подвязал Емеля оглобли, уселся на воз и крикнул: «По щучьему веленью, по моему хотенью, бегите, сани, домой сами!» Сани и побежали.

Кадр 16

А в селе поджидают Емелю—кто с рогачами, кто с ухвата­ми, кто с палками, кто с верёвками. Хотят схватить—наказать Емелю. Завидели его и давай кричать: «Держи его! Лови его! Хватай его!» Да разве его удержишь?

Кадр 17

Подкатили сани к своим воротам и стали. Поленья с воза соскочили и побежали: какие — в поленницу укладываются, какие — в избу да прямо в печку.

Кадр 18

А тем временем люди побежали к царю, стали жаловаться: есть в такой-то деревне Емеля-дурачок, он без лошади на санях ездит, всех пугает, с ног сбивает, в сугробы загоняет. Послал царь своего вельможу привести к нему Емелю.

Кадр 19

Приехал царский вельможа в деревню, да не один, а со слугами. Вошёл в Емелину избу и давай кричать: «Где тут Емеля-дурак? Подавайте его сюда!»

Кадр 20

Емеля отвечает: «Здесь я, на печке сижу да на тебя гляжу. Что тебе надобно?» — «Одевайся, дурак, обувайся! Повезу тебя к самому царю!» — «А мне неохота!» — Емеля ему в ответ.

Кадр 21

«Ах, так! Ты ещё разговариваешь!» — подскочил царский вельможа к Емеле и ударил его. Не понравилось это Емеле. Он и шепни: «По щучьему веленью, по моему хотенью, угости его, дубинка!»

Кадр 22

Поднялась тут дубинка и давай царского вельможу охаживать. Бросился тот из избы бежать. А дубинка не отстаёт: по спине и по плечам оглаживает. Так до самого дворца и проводила.

Кадр 23

Приполз избитый вельможа к царю и говорит: «Силой его не взять, надобно хитростью…»

Кадр 24

Воспал царь другого вельможу. Тот набрал пряников, орехов да леденцов. Приехал в деревню, разыскал Емелину избу. Вошёл, поклонился низко: «Здравствуйте, Емельян Иванович! Покушайте гостинцев и поезжайте со мной к царю. Не поедете — царь голову мне срубит!»

Кадр 25

«Ну будь по-твоему,—говорит Емеля,—поеду. Только ты вперёд поезжай, а я вслед за тобой буду». Потягивается Емеля на печке и говорит: «Не хочу с тёплой печки слезать! По щучьему веленью, по моему хотенью, поезжай, печка, к царю!»

Кадр 26

Тут печка заворочалась, крякнула и пошла. Через поля, через луга, через сёла и деревни. Идёт печка, из трубы дым валит, а Емеля за трубой сидит, песни поёт.

Кадр 27

Пришла печка прямо в столицу, прямо к царскому дворцу. Вышел царь на крыльцо со своей дочкой, с боярами да вельможами. «По какому праву ты на санях без лошади ездишь, моих подданных пугаешь?» — закричал царь.—Кнута ему—и в острог!..

Кадр 28

Видит Емеля: добра здесь не ждать, и шепнул тихо: «По щучьему веленью, по моему хотенью, ступай, печка, обратно. А ты, царская дочка, крепко в меня влюбись и замуж за меня просись!»

Кадр 29

Повернулась печка и пошла назад.

Кадр 30

А в царском дворце крик да слёзы. «Зачем Емеле грозили, стращали?—плачет царская дочь.—Жить без него не могу. Замуж за него хочу!»

Кадр 31

Делать нечего, приказал царь привезти Емелю. Поскакал в деревню царский посланец, опоил Емелю сонным зельем, связал верёвками, бросил в сани.

Кадр 32

Привёз Емелю к царю, а у царя была уже приготовлена большая бочка. Схватили слуги Емелю, посадили в бочку. Увидала это царевна, выбежала из дворца, ухватилась обеими руками за бочку: «Куда Емеля, туда и я!»

Кадр 33

Царь в гневе и разум потерял — приказал и царевну в бочку посадить. Так и сделали. Набили на бочку крепкие обручи железные, засмолили и в море пустили.

Кадр 34

Развязала царевна Емелю и стала будить его: «Что ты спишь, Емеля! Проснись! Выкати бочку на берег. Ты ведь умный, всё можешь!»—«Ну будь по твоему!—говорит Емеля.—По чучьему веленью, по моему хотенью, выкатись, бочка, на сушу!»

Кадр 35

Бочка выкатилась на сушу и разорвалась. Вышли они, а царевна и говорит: «Как же мы жить будем? Нам бы избушку маленкую…» — «Будет у нас и не избушка… — отвечает Емеля. — А ну-ка, по шучьему веленью, по моему хотенью, постройся, дворец, да лучше царского».

Кадр 36

Только сказал — дворец уже готов. Стоит на семи столбах, крыши серебряные, маковки золотые, во все стороны крылечки расходятся. А вокруг дворца сады и пруды, по прудам гуси-лебеди плавают.

Кадр 37

Вышли они во дворец, а в палатах ещё дивнее: по потолку красное солнышко ходит, солнышко уйдёт — месяц, звёзды появляются. Стали они жить, всего у них вдоволь, только скучно. «Хоть бы повидать кого из родных…» — просит царевна.

Кадр 38

«Ладно! — говорит Емеля. — По щючьему веленью, по моему хотенью, перекинься поперёк моря, мост чугунный! А по мосту пусть к нам братья с жёнами приедутъ!» Мост и перекинулся.

Кадр 39

По мосту телега едет, на телеге братья с жёнами сидят. Стали Емелю обнимать, целовать.

Кадр 40

Вдруг слышат — пушки палят: к острову корабль пристал, а на нём царь со свитою. «Куда путь держите?» — спрашивает Емеля. «По морю ездим, бочку ищем… — отвечает царь. — В бочке дочка моя да Емеля-дурачок…»

Кадр 41

«А ну-ка, погляди на меня получше: не я ли к тебе на печке приезжал?» — говорит Емеля. Царь бух Емеле в ноги: «Прости, Емелюшка, не вели казнить…» Тут и царская дочка к гостям вышла. «Пожалуйте, — говорит, — к нам во дворец».

Кадр 42

Уселись все за столы дубовые, за скатерти узорчатые, стали на радости есть, пить да песни петь.

Кадр 43

Сценарий Т. Каминской Художественный редактор В. Дугин Редактор Г. Витухновская