"Онкель" Федя

Кадр 1

В. Корчиков "ОГНЕНЬ ФРОНТА" Художник Б. Гущин

Кадр 2

Поздней осенью наш теплоход стоял в маленьком японском порту.

Кадр 3

Я стоял на причале и подновлял черною потёртый в долгом рейсе борт нашего теплохода.

Кадр 4

Иногда на корму стоявшего рядом немецкого танкера выбегал глотнуть свежего воздуха высокий седой повар. Он перегибался через борт, осматривал мою работу и показывал большой палец: «Гут! Хорошо!»

Кадр 5

Мой приятель Федя, дежуривший у трапа, пожимал плечами, словно бы говорил: «Подумаешь, что такого! Обыкновенно…». Особенно, конечно, в моей работе ничего не было. Работа как работа.

Кадр 6

Неподалёку от меня расположились со своими красками и альбомами японские ребятки. Они рисовали море, острова, корабли…

Кадр 7

Неожиданно ветер посвежел, расходился. О причал стали биться могучие волны. Я подхватил свой малярный инструмент: красить по мокрому не годится.

Кадр 8

Засобирались и японские ребятки. Лишь один, посмелей, задержался — рисовать бурлящие волны.

Кадр 9

И вдруг заскрежетали тросы, корабли потянуло вверх, и с налёту — будто садануло из пушки — в берег ударила мощная волна.

Кадр 10

Накрывая пеной причал, она прошла по всему порту, покатилась назад — и маленький японец, потянувшись за плывущим альбомом, скатился с потоком вниз.

Кадр 11

С криками, бросив работу, высыпали на берег японские грузчики. Я кинулся к трапу.

Кадр 12

По корме немецкого танкера, сбрасывая куртку и готовясь к прыжку, бежал повар: «Беда! Аврал!»

Кадр 13

И тут с нашей кормы, мелькнув, пролетело что-то чёрное, ушло в волны. Я едва успел заметить: это же Федя! Его чёрный свитерок!

Кадр 14

Он вошёл в воду мгновенно. У меня пронеслось в голове: он же не умеет плавать!

Кадр 15

Но тут из студёной глубины вынырнула, отфыркиваясь, одна голова, за ней выплыла вторая, с чёрными испуганными глазёнками…

Кадр 16

А через несколько минут грузчики уже хлопотали вокруг мальчишки, шлёпали по спине Федю: «Спасибо!»

Кадр 17

Ветер как налетел, так и пропал. Волнение улеглось. Быстро спустился осенний вечер. Закачались над морем звёзды. Засветились огни на кораблях.

Кадр 18

Я стоял на вахте и отвечал приходившим благодарярить японцам, что товарищ, который спас их мальчика, крепко спит. Японцы улыбались и понимающе кивали головами.

Кадр 19

Но вот кончился этот тревожный день. И тогда со стороны танкера послышались твёрдые шаги. К нашему трапу направлялся немецкий повар.

Кадр 20

Он тоже спросил, где наш товарищ. Он хотел бы сказать ему, что сам думал нырнуть за мальчиком, но не успел. Наш товарищ оказался быстрее. И смелее! Я сказал: «Спит Федя».—«Федя?—переспросил немец.—Онкель Федя! Дядя Федя!»

Кадр 21

И рассказал историю, которая произошла с ним в детстве. Целую неделю в их городке шёл бой. Страшный бой! Такой, что разлетались от взрывов дома! И все, кто мог, прятались в глубоких подвалах.

Кадр 22

Целую неделю они с братишкой сидели в темноте, без крошки во рту. И никому наверху не было до них дела.

Кадр 23

А потом прогрохотали танки, пробежали солдаты, и стало тихо. Так тихо, будто город вымер и на земле не осталось людей.

Кадр 24

На вот зацокали копыта, заскрипели колёса. Запахло борщом и хлебом. На площадь выехала русская полевая кухня, на которой сидел солдат с медалью на груди.

Кадр 25

И сразу его окружили дети. Целая площадь детей! С мисками, кастрюлями, банками. И солдат, дядя Федя, открыл котёл и стал наливать всем дымящийся борщ.

Кадр 26

Они с братом тоже подошли. Но у них не было посуды. И тогда онкель Федя, дядя Федя, достал свою миску и, налив до самого верха, протянул им с вкусным—ох каким вкусным!—куском хлеба…

Кадр 27

«Онкель был совсем маленьким,—повар задержал у груди руку, показывая, каким маленьким был солдат дядя Федя,—но борща и хлеба у онкеля Феди хватило на всех детей…»

Кадр 28

«Если б не онкель Федя, я бы никогда не стал поваром! — Он улыбнулся и, уже прощаясь, сказал: — Вот хотел угостить вашего товарища. Но Федя спит. Спит онкель Федя».

Кадр 29

Вскоре мы покидали порт. Берег ещё спал. Но рыбаки кое-где уже тянули сети.

Кадр 30

А на корме немецкого танкера стоял пожилой человек. Он опять был в поварской куртке—повара встали рано—и негромко прокричал нам: «Передайте привет онкелю Феде!»

Кадр 31

Я кивнул, хотя не очень-то понял, какому онкелю передать привет: нашему Феде или тому, который когда-то чужому мальчишке наполнил миску щедрым солдатским борщом. Скорее всего — обоим.

Кадр 32

За бортом дымилась на морозе вода. Городок ещё не проснулся. И в одном из его домов спал японский мальчишка, у которого тоже был теперь свой Федя. Свой дядя Федя.

Кадр 33

Художественный редактор В. ПЛЕВИН Редактор Г. ВИТУХНОВСКАЯ д-146-88 © Студия «ДИАФИЛЬМ» Госкино СССР, 1988 г. 103062, Москва, Старосадский пер., 7 Сканирование и реставрация diafilmy.su Цветной 0-30

Кадр 34

Студия «Диафильм» розничной продажеи и рассылке своей продукции не занимается. Заказы от отдельных граждан принимает Свердловская база Росписьторгa (620068, г. Свердловск, ул. Учителей, 38), которая высылает диафильмы наложенным платежом. Каталоги Посылторгa имеются в отделениях связи.