На ладьях в тридевятое царство

Кадр 1

Кл. Муравьев На падъяхъ в Тридевятое Царство Художник Б. Пашковъ

Кадр 2

Лет тысячу назад неподалёку от Новгорода среди дремучих лесов на берегу маленькой безымянной речки стояла деревня.

Кадр 3

В этой деревне жил ладейный мастер дед Овсеня с внуком Васкойтой. Они делали ладьи и продавали их в Новгороде купцам. Бегали их крепкие ладьи по великому пути «из варяг в греки» до самого Царьграда.

Кадр 4

Бывало, обтёсывает Васюта крутой бок ладьи, а сам думает: «Поплывёт наша ладья в далёкие края, в тридевятое царство… Хоть бы взглянуть мне на заморские чудеса…»

Кадр 5

Однажды дед с Ваской продавали ладью новгородскому купцу Гордяте Даниловичу. А тот вдруг и говорит: «Иди, парень, ко мне в работники, поплывём за море, в славный город Царьград. Хорошо заплачу тебе».

Кадр 6

Знал дед Овсеня про внукову мечту и потому сказал: «Ладно, иди».—Так нанялся Васюта на службу к богатому купцу.

Кадр 7

Первым делом купец велел Васкоте вместе с другими работниками грузить ладьи товаром. А вёз он в Царьград много добра: меха, воск, льняное полотно, оружие, украшения из янтаря.

Кадр 8

Наступил день отплытия. Отошли от причалов и поплыли ладьи новгородских купцов по реке Волхову, словно стая лебедей.

Кадр 9

Васюту посадили грести. Двадцать гребцов на ладье, все одновременно поднимают тяжёлые вёсла, одновременно опускают, и бежит ладья быстро вперёд.

Кадр 10

Кроме купца и гребцов сидят в ладьях воины. Путь далёк, опасен. Поэтому купцы наняли дружину под началом воеводы Игелда защищать караван от разбойников.

Кадр 11

Проплыли новгородцы реку Волхов, потом Ильмень-озеро, выплыли в Ловать-реку. Но река Ловать поворачивает на восток, а купцам надо на юг. Пожилой гребец дядя Нефёд объяснил Васюте, что неподалёку течёт река Днепр, и как раз в ту сторону, куда им надо плыть.

Кадр 12

А до Днепра волочат ладьи по суше, оттого и называется это место волок. Васьюта глянул на груженые ладьи: разве можно этакую тяжесть поднять!

Кадр 13

Но взялись все вместе дружно, вытянули ладьи на берег и потащили их где волоком, где на катках да на колёсах через холмы и долинны.

Кадр 14

Плывут новгородцы по Днепру. Река широкая, большая. Проплывают мимо деревень, городков. Места непохожи на новгородские: там повсюду леса, а здесь луга да степи.

Кадр 15

Вот на высоком холме показался большой город. Окружают его белые каменные стены, за стенами виднеются узорчатые терема, златоверхие церкви. — «Стольный город Киев»,—сказал дядя Нефёд.

Кадр 16

За Киевом, у сторожевой крепости Витичева, остановились: здесь граница русских и печенежских земель. Много людей собралось у Витичева, ожидают княжеский караван с дружиной.

Кадр 17

Гордята Данилович говорит новгородским купцам: «Не станем ждать киевлян. Первым в Царьград приплывём, дороже товар продадим». — «Боязно, вдруг печенеги нападут»,— отвечают купцы.

Кадр 18

—«Они же знают, что ныне княжеская дружина охраняет караван. Не посмеют из своих степей к реке выйти»,— возразил Гордята Данилович.

Кадр 19

Одолела жадность новгородских купцов, решили плыть одни. —«Риск большой»,—сказал воевода Игелд. —«За риск плачу воинам в полтора раза против условленного»,—пообещал Гордята Данилович.

Кадр 20

День, другой, третий плывут новгородцы. Сначала каждый миг ожидали нападения печенегов, но всё было спокойно. Потом и ожидать перестали. А тут новая забота: пороги!

Кадр 21

Днепр начал сужаться. Каменные берега подползли к воде. А впереди клубилось облако водяных брызг. С громом обрушивалась вниз вода: попадёшь—разобьёт в щепки!

Кадр 22

Пристали ладьи к берегу. Выгрузили из них все товары. Разделились люди: одни поклажу на плечи подняли и понесли по берегу вперёд.

Кадр 23

Другие—с ними и Васкота, —держа ладью за борта, повели её возле берега по мелководью, обходя камни. Ладья рвётся из рук, как необезженный конь, люди еле сдерживают её.

Кадр 24

Наконец благополучно прошли все семь порогов. —«Теперь опасности позади»,—сказал Гордята Данилович. —«Не говори так, купец,—остановил его воевода,—впереди Крайняя переправа».

Кадр 25

Днепр стал мелкий—это началась Крарийская переправа. Здесь печенеги переправлялись на конях вброд и, случалось, нападали на купеческие караваны. Новгородцы с тревогой вглядывались в молчаливые берега.

Кадр 26

Вдруг раздался громкий свист — и берега ожили. Из-за каждого камня поднялись печенеги с луками. Вдоль берега поскакали конники. Было их великое множество.

Кадр 27

Полетели печенежские стрелы. Воевода Игелъ сказал: «Пройдёмъ бродъ–спасёмся. На глубокой воде им нас не взять».–Гребцы гребли изо всех сил, все знали: попадешь к печенегам–убьют или продадут в рабство.

Кадр 28

А печенеги на конях уже выезжают в Днепр, уже спешат наперерез ладьям. Нет, не миновать боя!

Кадр 29

Воины, обнажив мечи, встали к бортам. И все остальные, кроме гребцов, тоже взяли оружие и изготовились к бою.

Кадр 30

Как туча слепней, облепили печенеги ладью. Саблями размахивают, норовят с коней на борт прыгнуть.

Кадр 31

Уже и гребцы бросили вёсла, не гребут–отбиваются, кто чем может. Храбры воины Игелда, отчаянно бьются новгородцы, да печенегов в десять, а может, и в двадцать раз больше…

Кадр 32

Но тут на высоком берегу показались русские конники—возвращавшийся из похода в печенежские степи отряд.

Кадр 33

—«Наши, наши!»—закричал Гордята Данилович. Печенеги тоже увидели богатырей, завернули коней и погнали их к противоположному берегу.—«Спасаны»,—с облегчением подумали новгородцы.

Кадр 34

Но вдруг один печенег приостановил коня, отцепил от седла аркан, размахнулся—и…

Кадр 35

...крепкая петля захлестнула Гордяту Даниловича. Гикнул печенег, погнал коня. Никто глазом не успел моргнуть, как купец очутился за бортом.

Кадр 36

Все будто оцепенели. Первым опомнился Игелд: «Поворачивай ладью! Греби!» —Но разве поспеешь тут развернуться? Эх, видно, пропадать купу!

Кадр 37

Васюта—нож в руку, вскочил на лавку, прыг с ладьи!

Кадр 38

Проплыл под водой и вынырнул рядом с Гордятой Даниловичем. Печенег вскинул лук, пустил стрелу. Совсем немного промахнулся, сорвало у Васкоты кожу на лбу, побежала кровь.

Кадр 39

Васюта кровь утереть не может: одной рукой за аркан держится, другой — ножом его режет.

Кадр 40

Завизжал печенег, выхватив саблю, сейчас по головам полоснёт! Но тут полетели в него с ладьи стрелы.

Кадр 41

Печенег выругался и ускакал за своими. Васюту и Гордяту Даниловича подобрили в ладью.

Кадр 42

Опомнился немного купец от пережитого страха, говорит: «Кабы не ты, Васкота, пропал бы я. Спасибо тебе».

Кадр 43

Проплыв Днепр, выплыли ладьи в Чёрное море. Вперёд глянешь—вода, назад оглянешься—вода, влево—тоже вода и только справа, далеко-далеко, виден берег. По морю плыли три дня.

Кадр 44

На четвёртый приплыли к Царьграду. Много городов повидал Васюта за долгий путь, но, глянув на Царьград, ахнул, удивившись сказочной его красоте.

Кадр 45

Насмотрелся Васкота в Царьграде на разные чудеса. Всё в нём не так, как на Руси: и дома не такие, и люди, и одеваются не так, и пляшут по-иному…

Кадр 46

Но вот распродали купцы свой товар, и Гордята Данилович сказал: «Пора домой».—Васюта обрадовался: хоть и хорош город Царьград, а всё же соскучился он по родным местам.

Кадр 47

Раним утром отплыли русские ладьи от Царьградской пристани. На передней ладье сидел Васюта и грёб легко и весело. Хоть и ждёт опять трудный и опасный путь, да зато путь домой.

Кадр 48

Скрылись из глаз белые стены Царьграда, впереди—синее море, за морем—Днепр, за Днепром—Ловать, за Ловатью—Ильмень-озеро с Волховом, Новгород, а там и дом, и родимая речка-безымянка.

Кадр 49

КОНЕЦ Редактор Т. Семибратова Художественный редактор О. Новозонов Реставрировал К.Бокарев © Студия «Диафильм» Госкино СССР, 1980 г. 101 000, Москва, Центр, Старосадский пер., 7 Цветной 0-80 Д-066-80